Виктор Антипин: Опытные ребята должны показывать на своем примере

Во время второй подряд выездной серии пресс-служба клуба пообщалась с защитником «Лады» Виктором Антипиным – о возвращении в Тольятти, работе с Павлом Десятковым и внимательном отношении к питанию и восстановлению

— Ты в «Ладе» уже второй месяц. Давай вернёмся в сентябрь: как вообще появился вариант с переходом, долго ли велись переговоры?

— В принципе, недолго. В конце сентября поступило предложение перейти в «Ладу», и мы достаточно быстро договорились.

— Советовался ли с отцом (Владимир Антипин – советский и казахстанский защитник, участник Олимпиады 1998 года в Нагано) по поводу перехода? Насколько семейный совет важен для тебя при смене клуба?

— В первую очередь советовался с супругой. С отцом тоже говорил — он многое понимает в хоккее. Но всё-таки я взрослый человек, решение принимаю сам. Какие-то советы он даёт, но выбор всегда за мной и женой.

— Какой был первый совет от него?

— Конкретного совета не было, он просто поддержал этот переход.

— Стало ли неприятным сюрпризом, что не получилось найти команду заранее, ещё до старта предсезонки?

— Не то чтобы сюрпризом. Это уже второй год так: в прошлом году тоже подписал контракт только в конце августа. Сейчас многое меняется — посмотрите, сколько игроков до сих пор сидят без контрактов. Думаю, это связано с общей финансовой ситуацией, омоложением состава, ограничениями, потолком зарплат.

— Насколько сложнее вкатываться в сезон уже по ходу чемпионата, без предсезонки с командой?

— Сложнее, конечно. Ты всё лето тренируешься без команды — это одно. А когда сезон начинается, то всё равно продолжаешь готовиться, но это не то же самое. У командной работы на льду совсем другие скорости и нюансы.

— С кем ты обычно тренируешься летом?

— Уже второй год собираемся большой компанией – человек 20–30. После сезона в «Барысе» вернулся в Москву и уже через неделю начал кататься. В середине июня начали заниматься полноценно, в зале работал с Владиславом Занковцом.

— Сколько времени обычно требуется команде, чтобы выйти на стабильный уровень и по игре, и по результатам?

— По-разному. В прошлом году в «Барысе» мы так и не вышли на стабильный уровень. Здесь же процесс идёт постепенно, и мы своей работой это доказываем.

— Насколько важны опытные игроки в текущем становлении команды?

— Очень важны! Опытные ребята должны своим примером показывать, как работать – в раздевалке и на льду. В «Магнитке» я видел, как это делают ветераны — Мозякин, Зарипов, Бирюков. Сейчас в «Ладе» тоже есть такие игроки — Дмитрий Кугрышев, Антон Бурдасов, Георгий Белоусов.

— В предыдущих матчах стали больше блокировать бросков и меньше бросать, при этом всё хорошо с реализацией. Павел Николаевич требует адаптации под каждого соперника?

— Конечно. Соперники сильные, много играют в атаку. Нам приходится много обороняться, блокировать броски, помогать вратарям. Иначе сейчас игры не выигрываются.

— То есть игра вторым номером — это нормальный вариант?

— Мы не планируем играть вторым номером — просто так складывается. Если забиваем первыми, то соперник больше идёт вперёд, и мы вынуждены больше защищаться.

— Физические кондиции команды становятся лучше?

— Да, однозначно. Когда я пришёл, тренерский штаб отмечал, что нужно добавлять по физике. Мы над этим работаем. Когда есть силы, голова свежая — играть легче.

— Как тебе работа с Павлом Николаевичем Десятковым?

— Очень комфортно. Он много общается с игроками, в том числе индивидуально, поддерживает, подбадривает. Это важно. Бывали случаи в карьере, когда с тренером нет диалога — здесь всё иначе.

— Ты вырос в Магнитогорске. Какие ощущения от возвращения (интервью записывалось за день до матча с «Металлургом»)?

— Только положительные. Здесь прошла огромная часть моей жизни — детство, становление как игрока, два Кубка Гагарина. Много воспоминаний, много знакомых.

— При этом твой папа провёл сезон в Тольятти в начале нулевых. Помнишь ли это время? Тебе тогда было 8-9 лет.

— Конечно – я как раз пошел в первый класс в Тольятти, в хоккейную школу «Лады» ходил, брат у меня родился в том же году. Признаюсь: сам город особо не помню – столько времени прошло, сильно изменилось всё, но отдельные эпизоды всплывают. Например, то, что приезжие игроки с семьями жили в гостинице «Юбилейная». Там несколько семей жило, было много детей примерно одного возраста, мы как раз проводили время вместе, играли в хоккей.

— Почему, на твой взгляд, не сложилось в Северной Америке?

— Сложилось, но не так, как могло. Адаптация была тяжёлой только первый месяц. Отношение в клубе было отличным — помогали во всём. Но ощущение скованности было: всю жизнь до этого я играл в одном клубе. Можно было остаться ещё, но конкретики не было — то АХЛ, то НХЛ. В итоге решил вернуться.

— Насколько теперь внимательно относишься к питанию и тренировочному процессу?

— Сейчас — намного внимательнее. В молодости многое проходит «само». С возрастом чувствуешь каждую нагрузку. Поэтому сейчас усиленно слежу за питанием, режимом. Говорят, что с возрастом нужно работать больше — это правда.

— Есть продукты, от которых отказываешься во время сезона?

— Особых проблем с весом нет, но стараюсь меньше сладкого. Фастфуд — редко. Питаюсь разнообразно и полезно.

— Какой у тебя предматчевый обед?

— Всегда один и тот же: куриный суп, салат, макароны со сливочным соусом, курица.

— Ты говорил, что организация «Лады» приятно удивила?

— Да, всё на очень высоком уровне — питание, отношение к игрокам и семьям, персонал. Это важно.

— Сыну сейчас пять лет. Будет ли третье поколение в хоккейной династии Антипиных?

— Посмотрим. Если захочет — поддержу, но заставлять не буду. На коньки уже поставил, но в секцию не ходит.

— Семья где живёт?

— В Москве. Будут приезжать на домашние серии. Переезды каждый год — это тяжело, особенно для ребёнка.

— Что бы ты сказал себе 20-летнему? Что бы поменял?

— Сказал бы, что всё делаешь правильно, не сбавляй обороты. Ничего бы не менял. Тогда всё складывалось отлично.

— И несколько слов болельщикам «Лады»!

— Спасибо за поддержку! Даже в сложные моменты дворец полон. На выездах нас тоже встречают. В Тольятти умеют искренне болеть — и мы обязаны отвечать тем же на льду.